С. Соломатин. «Никель» Часть 1
Опубликовал club-archive 18 июня, 2007...а через неделю по
новостям сообщили
что ещё одна матка
уцелела...(с) А. Лобанов, "Жестокая Голактека"
***
- Я и ты... нас только двое против всего мира... и мы сильнее! Я люблю тебя, я верю в тебя! Мы - как Бонни и Клайд, - жарко прошептала она мне на ухо. Даже сквозь толстую куртку я ощутил тепло. Жар ее горячего тела и нагревшегося ствола ее винтовки... За спиной были два трупа - охранники, один с раскуроченной головой, а второй с проженной и еще дымящейся дырой в груди.
- И я. Идем? - почему-то очень хотелось добавить "по трупам". Но это мы итак понимали оба...
- Идем, милый!.. хотя нет... стой.
- Да? - я смотрел на нее через толстое затемненное стекло-забрало своего шлема.
- I love you, honney-bonney! - сообщила она и чмокнула меня в шлем, оставив губную помаду на этом самом стекле. Она любит все эти старые фильмы... а я ее. Все просто.
Я пошел впереди, ногой распахнул двери магазина. Ничего сложного, мы проворачивали это дело не раз и не два... Вынул из куртки короткую, без приклада, "рифлу". не успел я удивится тому, как было темно в магазине, как в лицо мне ударил яркий направленный свет сразу нескольких фонарей, на месте одного продавца-кассира-консультанта, которого я намеревался ограбить, стояли в ряд шестеро мужиков в здоровенных панцирях с черными блестящими значками на груди.
Я остановился, время текло медленно - как смола по свеже-порезанному стволу, и, казалось, стены содрогались от грохота моего сердцебиения. Дверь на фотоэлементах за моей спиной начала закрываться, но чья-то (я даже знаю, чья) изящная ножка в сапожке на высоком на каблуке остановила это движение.
Сухой треск выстрела - он достиг моих ушей одновременно с тем, как пуля врезалась в металлическую пластину у меня на спине, где-то в области правой лопатки. Все было настолько неожиданно, что я даже не почуствовал боли - просто выпустил из рук оружие и рухнул на колени.
-Извини, милый....
Вдруг стало как-то темно и пусто, и только одна фраза (абсолютно непечатное выражение) как лампочка засветилась в голове.
Я попытался произнести, но вместо слов из меня вырвался хрип, кашель и даже небольшая струйка крови побежала изо рта... "Какой я тебе @#$%! милый?", "Что еще за @#$%! ?!!" бесновались строчки текста, как титры в классических фильмах конца двадцатого столетия, у меня перед глазами... Я даже не сопротивлялся, хотя и мог, когда МП начали топтать меня сапогами с металлическими пластинами в подошве, когда мне заломали руку так, что я потерял сознание... В голове будто взорвалась граната - там стало спокойно, тихо и пусто. Пропала боль постоянного волнения за Нее, исчез счастливый звон взаимной любви, растворился Ее светлый образ...
***
- У вас тут есть место? Не против, если я присоединюсь? - я сидел за столиком в небольшом ресторанчике-пабе, оформеленоом за огромные деньги под старину, под дикий-предикий Запад. На стене над моим столиком висел красивый, грозный, мощный и абсолютно бутафорский дробовик-винчестер, рядом индейский головной убор... У меня на столе стояла пепельница, в которой сизым дымом таял окурок, в зубах тлел уже фильтр. К стакану виски (разведенного крепким чаем венома) я даже не успел притронуться. Человек, который ко мне подсел был "внушающим уважение пожилым господином" (или по крайней мере очень хотел таким казаться). На нем был недорогой пиджак в дикую клеточку, круглые очки. Сам он был достаточно полным, лысым, с небольшими седыми усиками. Из-за всего этого он казался очень добродушным и безобидным.
Меня он, видимо, принял за интеллегента. С одной стороны, я этого и добивался, надев эти чертовы очки, натиравшие переносицу, неудобный костюм и начистив туфли.А с другой стороны, мне абсолютно безразлично, за кого он меня принял.
- Извините, но просто за другими столиками места нет... У вас какой-то отрешенный вид; вы в порядке?
- Да, вы даже не представляете, насколько, - я выплюнул фильтр и сделал глоток, ощущая, как жгучая жидкость стремится по пищеводу к моему несчастному желудку.
- А мне кажется, что вас кто-то как-то обидел...
- Обидеть людей моего типа в состояниитолько действительно близкие люди. А у меня таких нет.
- Вы одиноки, страдаете от этого? - старик хрумкал свой салатик из пластиковой тарелочки, тщательно орудуя вилочкой и не забывая глядеть мне в глаза.
- Все люди одиноки. Просто кто-то обманывает себя привязанностями, называя это любовью, а кто-то не тратит на это времени...
- Вы не верите в любовь? - мой незванныйсобеседник чуть не подавился синтетической морковкой. Кажется, он правда удивился.
- Нет. Я даже могу показать вам шрам
- Что, простите?
- Извините. Профессиональный юмор. Сугубо профессиональный.
- А кем вы работаете?
- Безработный я... у меня в этом деле большой стаж. А вы кем работаете?
- Я - профессор юридических наук, преподаватель в университете. Если хотите, я могу помочь вам с выбором профессии и ее получением.
- Спасибо, нет. Я уже давно нашел свое место в этой жизни.
Повисла небольшая пауза. Я сделал глубокую затяжку и раздавил окурок о толстое стекло пепельницы.
- Вы не верите мне... я вижу, - улыбнулся старичок и в его глазах, казавшихся большими из-за линз очков, пробежали веселые искорки.
- Скажите, вы ведь вообще никому не верите? Даже себе..?
- А стоит?
- Конечно. Доверие людям - залог спокойствия и...
- Можно я расскажу вам одну историю?
- Историю?
- Да. Про людей и веру в них. А начинается она так - много лет назад, далеко-далеко...-
(продолжение следует)
Тру-ля-ля! *с французским акцентом* это настоящий т’гиумф ф’ганцузской жанда’гме’гии!
де продолжение? )